Миграция сельского населения в Казахстане развивается по трем основным сценариям, и говорить о массовом опустении сел было бы некорректно. Такое мнение высказала приглашенный эксперт по региональному развитию Фатима Герфанова.

По ее данным, в 2025 году сельскую местность 17 областей Казахстана покинули около 638 тыс. человек. Однако этот показатель отражает общий поток выбывших, а не чистую убыль населения, поэтому его необходимо анализировать вместе с числом прибывших, естественным приростом и общей численностью сельских жителей.

По словам эксперта, около 44% сельских мигрантов переезжают за пределы своей области. При этом почти треть внешнего миграционного потока направляется в Алматы, Астану и Шымкент. Более половины жителей, покидающих села, остаются внутри своего региона, нередко переезжая в населенные пункты, входящие в городские агломерации.

Фатима Герфанова выделяет три модели сельской миграции.

Первая — прямой отток в мегаполисы. Она характерна для Туркестанской, Акмолинской, Кызылординской областей и области Ұлытау. Так, в Туркестанской области из 135,3 тыс. выбывших сельских жителей 61% переехали в другие регионы. Основным направлением стал Шымкент, тогда как сам Туркестан привлек лишь 3% миграционного потока.

Аналогичная ситуация складывается в Акмолинской области, где 61% сельских мигрантов покидают регион, а почти половина внешнего потока приходится на Астану. По мнению эксперта, Кокшетау пока не может конкурировать со столицей по уровню заработных плат, занятости и качеству услуг.

Второй сценарий — удержание населения внутри региона. Он наблюдается в Актюбинской, Карагандинской, Мангистауской, Костанайской, Атырауской, Западно-Казахстанской, Восточно-Казахстанской и Павлодарской областях.

Наиболее показательным примером эксперт назвала Актюбинскую область, где лишь 10% сельских жителей, покидающих свои населенные пункты, уезжают за пределы региона. В Карагандинской области этот показатель составляет 21%. По словам Герфановой, развитию внутренней миграции способствуют сильные региональные центры, промышленность и рынок труда.

Третий сценарий представляет собой смешанную модель, при которой внешний отток сочетается с перераспределением населения внутри области. Она характерна для Алматинской, Жамбылской областей, а также областей Жетісу, Абай и Северо-Казахстанской.

Отдельно эксперт выделила Алматинскую область — единственный регион, где сельская местность демонстрирует положительное миграционное сальдо. Это связано с развитием пригородных территорий Алматы — Карасайского, Талгарского и Илийского районов, которые формально считаются сельскими, но фактически являются частью городской агломерации.

Сравнивая Акмолинскую и Карагандинскую области, Герфанова отметила, что наличие сильных экономических центров позволяет удерживать население внутри региона. Там, где таких центров нет или они уступают мегаполисам по уровню возможностей, миграционные потоки чаще направляются в Алматы, Астану и Шымкент.

По мнению эксперта, к аналогичным выводам приходит и доклад ООН World Urbanization Prospects 2025, согласно которому для стран с высокой урбанизацией важно развивать не только крупнейшие города, но и малые и средние города, которые становятся связующим звеном между сельскими территориями и рынком труда, системой образования и социальной инфраструктурой.

Фатима Герфанова считает, что развитие региональных центров и малых городов является одним из ключевых инструментов устойчивого развития сельских территорий Казахстана.